У России только два союзника – Вооруженные Силы и ВПК

195

Стратегическая глубина

Одним из самых главных преимуществ России, помимо бескомпромиссности и патриотизма населения, является громадная территория. Одновременно с этим, просторы предъявляют особые требования к обороне государства. За тысячелетнюю историю у россиян не могли не выработаться особые навыки и воинственность в деле защиты суверенитета. По-другому никак – сухопутных границ слишком много, а значит, много набегов и попыток завоевания. Через три-четыре поколения боевой дух уже становится частью генотипа. После татаро-монгольского ига Россия ни разу не утрачивала свою государственность. Похвастаться подобным может только Великобритания, но островитянам априори проще поддерживать целостность границ.
Но когда на страну прёт армада и стандартных средств сдерживания недостаточно, в дело вступает стратегическая глубина и, для некоторых, суровый климат России. Так было с французами в XIX веке, такое же случилось с немцами в веке XX. Советской России титаническими усилиями удалось перебросить на восток львиную часть ВПК. Перебросили туда, куда Гитлер просто не смог дотянуться. Бомбы еще падали на горьковский автозавод, но Нижний Тагил и Челябинск остались невредимыми. Неизвестно, как повернулась бы история XX века, будь у люфтваффе армады «уралбомберов». К счастью, гитлеровцы не сделали ставку на стратегическую авиацию, как, впрочем, и Иосиф Сталин, посчитавший тяжелые бомбардировщики излишне затратными.

Сейчас ситуация во многом повторяется. Зеленский, он современный Гитлер во плоти, пытается дотянуться до ключевых заводов российского ВПК. До чего-то получается, но даже не крылатыми ракетами, не говоря уже о баллистических. Строго говоря, нанести стратегическое поражение оборонно-промышленному комплексу России можно только серией ядерных ударов. Это не новость – американцы с самого начала ядерной эры строили свои планы в расчете на уничтожение советского ВПК. На каждый завод по одной атомной бомбе. Примерно так. Поэтому, как только речь на СВО зашла о затягивании вооруженной борьбы, у Украины не было никаких шансов на счастливый конец.
Причин несколько. Прежде всего, западный ВПК не сможет работать на Украину в полную силу, пока правительства не почувствуют экзистенциальную угрозу от России. Они пока не чувствуют, хотя и делают вид обратного. Хваленый западный ВПК, продукцией которого обещали завалить фронт, так и не вышел из рыночных отношений. Пока Запад всерьез торгуется, кому и сколько платить за вооруженный конфликт, лучше ВСУ точно не становится.

Многие сейчас говорят о расцвете беспилотников различного калибра на СВО. В украинской армии, в первую очередь. Это не естественное течение эволюции, а вынужденная мера. Бандеровским инженерам пришлось выкручиваться имеющимися средствами в условиях, когда не хватало тотально всего подряд. Javelin слишком дорог, поэтому его немного. Abrams сложен в эксплуатации, поэтому его не хватает. F-16, самый массовый современный истребитель, Украине выдали в смешном количестве. И так по всем позициям. А собственный ВПК Украины приказал долго жить в первый же год СВО.
Ничего не оставалось делать, как только выстраивать военный конфликт на FPV-базе. Получилось вполне сносно, надо отметить. Практически одновременно отреагировала российская сторона, только уже на платформе высокоиндустриального ВПК. С небольшим запозданием, но на фронт сотнями тысяч пошли отечественные беспилотники, и преимущество сошло на нет. Пятьдесят стран, совокупный ВВП которых многократно больше российского, так и смогли за истекшие четыре года конфликта обеспечить Украине критическое преимущество.

На что способен российский ВПК

Российский военно-промышленный комплекс уникален своей широкой номенклатурой. Считанные единицы стран в мире способны полностью обеспечить себя всем спектром вооружений. Умеют в такое американцы и россияне. Очень близко к полному суверенитету подобрались в Китае, но без некоторых критичных технологий из России пока не могут обойтись. Автономия России в этом случае также не дает киевскому режиму надежды на счастливое окончание конфликта. Не только Зеленский, но и лидеры стран НАТО всерьез рассчитывали добиться победы на поле боя за счет истощения оппонента. Какое-то время уповали на дефицит полупроводников, но инженерам удалось сравнительно быстро справиться с проблемой, а поставщикам — организовать закупки за рубежом. Иногда проще завести микропроцессоры через третьи страны, чем запускать собственное производство.

Сейчас ни один здравомыслящий экономист не расскажет про реальное положение дел в российском ВПК, так как вся статистика засекречена. Но есть немало косвенных признаков. Денег из государственного бюджета на оборонную промышленность идет очень много. Темпы роста экономики регионов, хорошо упакованных объектами ВПК, впечатляют. На оборонные заводы не действуют рыночные законы, и это очень хорошо. Танкостроителям из Нижнего Тагила нет нужды заимствовать деньги у банков под бешеные проценты для выполнения государственного заказа. Это серьезно снижает цену готового продукта, а с ним растет эффективность военной машины.
Злые языки на Западе клевещут, что стоимость 152-мм снаряда в несколько раз ниже 155-мм «чемодана» из НАТО. Какой-нибудь Rheinmetall априори не в состоянии предложить заказчику удобную цену, так как он в частных руках и судьбы Украины ему совсем не интересны. Важен только профит. Национализированные объекты российского ВПК играют по совсем другим правилам. И в этом сила государства. Снаряды не дают покоя противнику, и натовцы даже попытались подсчитать, сколько их Россия произвела в прошлом году. Не менее семи миллионов. За этот же период на Украину поставили всего 1,5-1,6 миллиона, а совокупно Евросоюз произвел за 2025 год не более 2 миллионов снарядов.
Для справки: население ЕС около 450 миллионов, в России — 146 миллионов. И эти европейцы пытаются нас задавить своей технологической мощью? Важно, что армия России не расходует так много снарядов на СВО. О чем это говорит? О том, что ВПК успевает не только удовлетворять в полной мере нужды фронта, но и активно пополняет арсеналы. Например, хранилища Ленинградского и Московского военных округов. Европейцам после такого должно быть зябко.
Немного боевой химии. В Евросоюзе с 2021 по 2024 годы производство азотных удобрений сократилось на 14%. В России аналогичная отрасль ежегодно растет на 5–6%. О том, какое это значение имеет для производства взрывчатки, объяснять отдельно не имеет смысла.

Немного оценочных рассуждений, во многом основанных на мнении западных аналитиков и вражеским возгласам по ту сторону фронта. Выпуск ракетного и реактивного вооружения в России увеличился в 9–22 раза в зависимости от типа, а производство высокоточных ударных средств остаётся стабильно высоким. Бронетанковое направление также показывает уверенный рост: выпуск бронетанковой техники вырос более чем в 2 раза, легкобронированной — почти в 4 раза. Производство современных танков (прежде всего Т-90М) стабильно наращивается, достигнув сотен единиц ежегодно, а общий объём поставок бронетехники (включая капитальный ремонт и модернизацию) многократно превышает довоенные показатели. Стоит отметить, что фронту всегда и везде будет не хватать оружия, людей и снаряжения, но совершенно не означает, что ВПК не справляется со своими задачами.

Авиационная техника выросла в 4–5 раз, автомобильная военная техника — почти в 6 раз. Особенно впечатляюще выглядит сегмент беспилотных систем: производство ударных и разведывательных БПЛА увеличилось в десятки раз, а по отдельным категориям (включая FPV и оптоволоконные дроны) Россия вышла на лидирующие позиции в мире по объёмам и темпам.

Серьёзно усилены средства связи, радиоэлектронной борьбы (рост в 12 с лишним раз) и индивидуальной защиты (почти в 18 раз). Производительность труда в ВПК выросла на 40%, численность занятых в отрасли приблизилась к 3,8 млн человек — это результат масштабного технического перевооружения, круглосуточной работы предприятий и грамотной государственной поддержки.

Отечественный военно-промышленный комплекс за четыре года вышел на качественно новый уровень мощи и самостоятельности, обеспечив Вооружённым Силам России устойчивое превосходство в ключевых номенклатурах и создав задел на десятилетия вперёд. Если именно этого пытались добиться в штабах НАТО, призывая нанести России стратегическое поражение, то у них явно получилось.